+7(926)208-66-66      2086666@mail.ru

Фонд науки и образования

Национальная территория и природные ресурсы России

 



М.Д. Сулейманов[1]

Национальная территория и природные ресурсы – естественные материальные компоненты инвестиционного потенциала России

Аннотация.

Основное внимание в работе автор акцентирует на сохранение, наращивание и эффективном использовании инвестиционных ресурсов России: национальной территории и природных ресурсов.

Ключевые слова:

природные ресурсы, инвестиционный потенциал, инвестиционные ресурсы, национальное богатство, экономика, ВВП, доход.

 

M.D. Suleymanov

The national territory and natural resources are natural material components of Russia's investment potential

Annotation.

The author focuses on the preservation, growth and effective use of Russia's investment resources: national territory and natural resources.

Keywords:

natural resources, investment potential, investment resources, national wealth, economy, GDP, income.

 

  Три базовых инвестиционных ресурса России можно считать данными ей «от судьбы»: территория страны, ее природные ресурсы и ее население. Очевидно, что наша основная задача – сохранять их, не терять, а, по возможности, наращивать и уметь эффективно их использовать. Эффективность этого использования определяется одним только показателем: приращения или сокращения национального богатства. Показатель ВВП, как было показано, не пригоден для измерения этого процесса, равно как и не годится для сравнения развития стран с разной структурой экономики.

  Если же принять за главный критерий именно прирост национального богатства, то не нужно проводить никакого особого научно-статистического анализа, чтобы прийти к главному выводу: Россия теряет свое национальное богатство во всех этих трех базовых инвестиционных ресурсах.

  По территории и по населению Россия (Советская Россия, именуемая тогда СССР) потерпела страшный шок в 1991 году. С этого времени имели место некоторые движения к восстановлению территориальных потерь на суше (Крым, в первую очередь, земли, заселенные абхазами и южными осетинами, обрели независимость под прикрытием России, Приднестровье остается до сих пор в своем неопределенном статусе), однако были допущены потери в контролируемой Россией акватории.

  Население страны также продолжает убывать – и в целом, в численности коренной русской нации, и в отдельных регионах, где убыль населения выходит уже на уровень необратимой депопуляции. При этом статистика дает успокаивающие показатели, а власти предлагают решение проблемы путем стимулирования иммиграции.

  Природные ресурсы в своей невозобновляемой части – углеводороды, минеральное сырье – убывают, вывозятся из страны, а выручка от такого вывоза либо остается за рубежом (в виде так называемых «валютных резервов»), либо расходуется на покрытие текущих расходов государства. В любом случае, адекватной компенсации этой потери национального богатства не происходит и пока никто такой задачи даже не ставит.

  Росстат учитывает результаты экономической деятельности по показателю ВВП, при котором в «плюсы» идут и прирост вывоза сырья, и наращивание хранимых за рубежом валютных резервов, и увеличение производства оружия, и строительство объектов, которые ничего не дают для развития экономики.

  Положительные значения в динамике показателей ВВП не дают никаких оснований для того, чтобы судить о том, развивается ли российская экономика, или наоборот.

  К примеру, фиксируется «общий рост промышленного производства» - а потом выявляется, что этот рост является результатом увеличения выпуска вооружений (что дает вычет из национального богатства) и прироста сборочным мощностей иностранных производителей (производств, которые только увеличивают зависимость российской экономики от внешних влияний).

  При этом характерно, что в государственной статистике отказались от экономических критериев при группировке отраслей промышленности: вместо разделения промышленного производства на «производство средств производства» и на «производство предметов потребления» введено деление на «добывающую промышленность» и на «обрабатывающую промышленность». Поэтому в последней легко в одном показателе «сливать» производство консервов с производством подшипников, и швейное производство – с тяжелым машиностроением.

  Также, эффективно скрываются провалы в производстве в таких ключевых отраслях как машиностроение, станкостроение, двигателестроение, приборостроение, производство инструментов и измерительной техники – т.е., всего, что необходимо для производительного труда основной массы населения, не задействованной в нанопроизваодствах, в IT-технологиях и Центре Сколково.

  Росстат также декларирует рост выпуска и экспорта сельскохозяйственной продукции. Но тут же выявляется, что экспорт зерна является вынужденным, поскольку в России резко упало поголовье скота – и в результате мы отправляем корма иностранным производителям, за дешево, чтобы потом покупать у них, уже – дорого, производимые им мясные и молочные продукты.

  Природные ресурсы составляют важную часть национального богатства. Поэтому проблемы, связанные с их распределением и с их эксплуатацией, занимают важное место как в международной политике (споры между государствами), так и во внутренней политике тех стран, которые такими ресурсами располагают.

  Природные ресурсы в широком смысле слова можно определить, как территория страны в ее государственных границах, включая прилегающие водные пространства, и все объекты природного происхождения, находящиеся на ее поверхности и в ее недрах.

  Природные ресурсы в узком смысле слова представляют материальные и нематериальные активы, находящиеся на территории данной страны и\или связанные с ней естественным образом или на основе норм международного права. Природные ресурсы в узком смысле слова подразделяются на невозобновляемые и возобновляемые.

  К первым относятся углеводороды, руды металлов, месторождения иного минерального сырья. Ко вторым – леса, водные ресурсы, животный мир, рыбные богатства, продукция сельского хозяйства.

  При этом территория каждой страны сама по себе может служить важным источником пополнения национального богатства: морские и воздушные пути, используемые для внутренних и транзитных перевозок, возможности поддержки воздушной навигации, связи с космическими объектами, и т.д. Территория «на поверхностном уровне» – как сухопутная и как водные пространства - и недра земли и дна поставляют ресурсы как для производства возобновляемых продуктов (сельское и лесное хозяйство, водохозяйственная деятельность), так и для добычи ископаемых богатств, накопленных природой (энергоносители, руды и месторождения металлов, различные минералы, включая драгоценные камни, объекты палеонтологии и археологии, и т.д.). А возможности и уровень эффективности использования природных ресурсов каждой страны зависит от развития ее инфраструктуры: сети дорог, водных путей, портового хозяйства, систем энергетики, средств связи.

  Рассмотрим теперь такой компонент инвестиционного потенциала страны, как ее природные ресурсы.

  На международном уровне права на природные ресурсы происходят из суверенитета каждого государства на свою территорию. В отношении морских пространств международным правом признается безусловное право каждого государства на прилегающую к его берегам 12-мильную зону (кроме проливов международного значения, в отношении которых действует особый режим «общего пользования»).

  В отношении недр пока считается, что они принадлежат всякой стране вертикально вниз, по земле - по ее территориальным границам, и в пределах признаваемого за ней водного пространства (морей, озер, рек) до глубины технологически возможного их освоения, до дна и ниже. Пока особых проблем оспаривания «чужих» прав на твердые ископаемые между странами не возникало, однако уже отмечались случаи жестких конфликтов в отношении использования жидких и газообразных подземных месторождений, занимающих поля, расположенные под двумя и более государствами. Наиболее известный конфликт такого рода – между Ираком и Кувейтом, которые эксплуатируют геологически единое месторождение нефти.

  Что же касается надтерриториального пространства, то согласно существующим международным нормам космос не принадлежит никому и может свободно использоваться любыми транспортными средствами любого государства.

  На уровне внутригосударственного регулирования использование природных ресурсов всякой страны потенциально способно создавать конфликты между центральной властью и органами управления регионов, а также и между соседствующими регионами этой страны.

  При этом следует подчеркнуть, что такие конфликты характерны больше для федеральных государств, в которых субъекты федерации располагают широкими правами и компетенциями, автономными или даже независимыми от прерогатив центральной власти.

  К примеру, в Австралии провинции обладают правами почти как независимого государства, однако наиболее обширные из них (территориально) в значительной мере зависят от финансовой помощи, оказываемой им из федерального бюджета.

  Еще более сложная система разделения территорий и ресурсов существует в США. Согласно Конституции США, штаты в этой стране обладают «всей полнотой власти» - кроме «функций, переданным ими добровольно» в ведение федерального правительства.

  Для России многие из этих проблем знакомы и вполне актуальны. Кроме того, трудности «разделения полномочий» остались и после советского периода. Главная их причина связана с противоречием между формально-конституционным – «союзным» - устройством СССР и реальной практикой управления страной – как унитарным и жестко централизованным государством. Достаточно отметить только два факта.

  Первый – это то, что СССР никогда не управлялся представителями союзных республик, ни на государственном, ни на партийном уровне. О влиянии законодательных органов власти, в которых республики имели закрепленные за ними квоты, говорить и вовсе не приходится.

  Второй факт касается РСФСР – крупнейшей и экономически самой развитой союзной республики в составе. Как ни парадоксально сейчас это представить, но эта республика – совпадающая по территории с нынешней Российской Федерацией – не обладала никакими ни политическими, ни экономическими правами на своей собственной территории. Практически вся промышленность (кроме «местной промышленности») – и военная, и гражданская – управлялась союзными министерствами. У РСФСР не было ни своей системы высшего образования, ни своей науки – даже не было своей Академии наук, которые имелись во всех остальных союзных республиках. Кроме того, целый ряд крупных городов – от Москвы до Севастополя и Владивостока – имели ранг «города союзного подчинения». То же касалось и многочисленных наукоградов.

  Таким образом, «федеративное управление» как таковое фактически появилось на территории России только после 1990 г. и, неудивительно, что оно до сих пор «вязнет» в противоречиях и служит источником разного рода споров и конфликтов – разрешение которых иногда доводило противоборствующие стороны даже и до применения вооруженных сил.

  При этом главное противоречие – оно остается и никак не ослабевает – между политикой – которая определяет состав и границы между субъектами Федерации и экономикой – которая предъявляет свои требования к характеру и методам управления хозяйственной деятельностью в стране.

  «Политика» позволила образовать на территории РФ свои «кувейты» и «эмираты»: «нефтяные» Татарстан и Башкирия, «нефтегазовые» сибирские автономии, «алмазную» Якутию, «никелевый» Норильск, и т.д. «Политика» же создала многочисленные области и края, которые ни при каких обстоятельствах не способны проводить самостоятельную и ответственную экономическую политику.

  А «экономика», за неспособностью этих краев и областей самостоятельно решать свои хозяйственные проблемы, вынуждает центр стягивать все возможные финансовые ресурсы в свои руки и управлять регионами в режиме «приказов-отчетов». Но тогда и вся ответственность за экономическое развитие автоматически перекладывается на «центр», который тогда не должен просто гадать на темы «мировой цены на нефть» и «докатится ли до нас кризис ипотечной задолженности в США», а решать реальные проблемы развития промышленности и сельского хозяйства в стране.

  Пока же «центр» стоит перед дилеммой: либо «вручную» контролировать губернаторов и других глав субъектов Федерации на предмет их «верноподданности» и исполнения фискальных заданий по сбору налогов для центральной власти, либо все же заняться непосредственно экономическим развитием.

  И наконец, можно утверждать, что управление городами станет эффективным, если у них появятся свои источники доходов. Но этот вопрос все равно придется решать, финансирование по системе трансфертов лишает местные органы власти всякой полезной инициативы.

 

  Более подробно с материалами исследования можно ознакомиться в монографии Сулейманова М.Д. «Стратегическое управление инвестиционным потенциалом России» - М.: МНИ, 2017, которая представлена в библиотеках Российского нового университета, Налогового колледжа, Московского налогового института, а также в продаже в книжных магазинах Москвы.

 

 

1  Руководитель Центра фундаментальных и прикладных исследований Института налогового менеджмента и экономики недвижимости НИУ ВШЭ, доцент кафедры налогового администрирования и правового регулирования Налогового института РосНОУ, кандидат экономических наук.


Список использованных источников

1. Налоговый кодекс Российской Федерации (НК РФ).
2. Ансофф И. Новая корпоративная стратегия, Питер, 1999
3. Аакер Д. Стратегическое рыночное управление / Д. Аакер; пер. с англ.; под ред. Ю.Н. Кантуревского. СПб.: Питер, 2002.
4. Друкер Ф. Питер Новые реальности: в правительстве и в политике, в экономике и в бизнесе, в обществе и в мировоззрении. [Перевод] / Питер Ф. Друкер. – М.: Совмест. предприятие "Бук Чембэр Интернэшнл", 1994. – 377 с
5. Клок К., Голдсмит Дж. Конец менеджмента и становление организационной демократии. Питер, 2002, с. 143-146.
6. Минцберг Г., Альстрэнд Б., Лэмпел Дж. Школы стратегий. Стратегическое сафари: экскурсия по дебрям стратегий менеджмента. Под общ. ред. Ю. Каптуревского – СПб.: Питер., 2002. – 330с.
7. Ойкен В. Основные принципы экономической политики», М. 2005, с. 405.
8. Рябушкин Б.Т. Национальные счета и экономические балансы, М. 2012, с. 57
9. Сальмон Р. Будущее менеджмента, Питер, 1966, с. 276-277.
10. Сулейманов М.Д. Реализация инвестиционного потенциала России в условиях экономических санкций Сборник статей. – М.: МНИ, 2016. – 138 с.
11. Сулейманова М.Д Стратегическое управление инвестиционым потенциалом России. // Монография - М.: МНИ, 2017. – 253 с.
12. Сулейманова М.Д Инвестиционный потенциал как важнейший фактор национального богатства российской федерации // Финансовый бизнес. 2017. № 5 (190). С. 3-9.
13. Шумпетер Й. История экономического анализа. /пер. с англ. под ред. В.С. Автономова, в 3-х т. Т. 1. – 552 с., Т. 2. – 504 с., Т. 3. – 688 с. СПб.: Экономическая школа, 2001 г.
14. URL: http://rosnou.ru/– сайт Российского нового университет
15. URL: https://re.hse.ru/cfarmission/– сайт Центра фундаментальных и прикладных исследований Института налогового менеджмента и экономики недвижимости НИУ ВШЭ.

Наши партнеры

  • Институт миграции и межнациональных отношений
  • Налоговый институт Российского нового университета
  • Центр налогового администрирования и финансового управления Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации
  • Международная консалтинговая компания ICG
  • Институт налогового менеджмента и экономики недвижимости Высшей школы экономики
  • Факультет
  • Журнал «Налоговая политика и практика»
  • Институт налогового консультирования
  • Налоговый колледж